1Статья 5. История второго предисловия: Самоанализ автора
ВАЖНОЕ
Уважаемый родитель, а может быть и сам подросток, который зашел сюда по запросам, вроде: что делать с застенчивым подростком...
1. Данная статья написана в поддержку моей новой книги «Застенчивый подросток: задача для родителя» (книгу можно купить здесь — с доставкой на дом или в ПВЗ по всей России и далее).
2. Вот здесь, в отдельном разделе уже собраны статьи (бесплатно) — ответы на вопросы читателей книги.
3. Вы можете задать свой вопрос в комментариях (см.ниже), и я отвечу на него в формате статьи.
4. Но книгу все равно купите, она вам точно понадобится, — особенно, если ваш ребенок уже подросток или приближается к подростковому периоду.
Запись на консультации с подростком
Книга была практически готова.
Главы выстроены, теоретическая база проверена клиническим опытом.
Казалось бы, ставь точку и отдавай в издательство.
Но именно в этот момент, на финишной прямой, у меня возникло сомнение.
Знакомое многим авторам чувство: «А вдруг я что-то упустила?».
Мне хотелось «перепроверить» реальность.
Не ту, что я вижу в кабинете, а ту, в которой живут родители здесь и сейчас.
Я хотела услышать их формулировки, их запрос (вне стен психоаналитического кабинета).
Я создала опрос в своих социальных сетях.
Обратилась к родителям, у которых есть дети-подростки или дети, которые только приближаются к этому возрасту.
Мой вопрос звучал так:
«Если бы ты был/а папой/ мамой "застенчивого подростка", то что хотел бы спросить у психолога, о чем психологи не всегда рассказывают? Накидай стыдных вопросов, пожалуйста. Допустим, у тебя есть сын или дочь в подростковом возрасте. Ребенок сам себя, или ты, как родитель, или общество/ школа называют его застенчивым. И у тебя есть возможность задать психологу (или кому-то другому) вопросы. Или что бы, как бы полагаешь, мог бы хотеть узнать подросток именно о своей застенчивости».
Я ждала живого отклика, хотела увидеть спектр тревог, чтобы, возможно, добавить что-то в книгу перед самой публикацией.
Нетерпячка автора и тишина в ответ
Далее сработала почти традиционная «нетерпячка автора».
Когда книга практически готова, у автора начинает «подгорать».
Хочется скорее закрыть гештальт, отдать рукопись, выдохнуть.
Я подождала сутки.
Ответов не было.
Тишина.
Точнее, отозвался только один человек.
И его вопрос фактически сводился к тому, как «улучшить» застенчивого подростка.
Как сделать его более удобным, более социальным.
Нового в книгу такой запрос ничего не добавил бы — он подтверждал лишь то, о чем уже написано в книге.
«Что же, ладно!», — подумала я.
И в этом вздохе было много разного.
И усталость, и легкое раздражение, и профессиональная диагностика.
Я написала «Второе (неожиданное) предисловие» к книге.
В нем размышляла о том, почему родители не отозвались.
Анализировала это молчание как симптом.
«Не хотят или не могут ответить на опрос? Так тоже бывает!», — решила я.
Это молчание стало частью текста.
Я немного «наворчала» на родителей застенчивых подростков в этом предисловии, но сделала это не со зла, а как психоаналитик: молчание — это тоже коммуникация.
И отправила книгу в издательство.
Точка поставлена.
Ответы, которые пришли потом
Но история на этом не закончилась.
Через несколько дней после того, как книга уже была в издательстве, я получила отзыв на опрос.
От отца будущего подростка.
Он задал ряд вопросов.
Вопросы были сформулированы интересно, по очень конкретным жизненным ситуациям.
Это были живые, болезненные вопросы.
Но внести ответы в книгу уже было невозможно — макет утвержден.
Тогда я решила написать ряд статей
Они стали поддержкой книги, ответами на те вопросы, которые не успели войти в основной текст.
Прошло еще несколько дней, и я получила еще один отзыв на опрос.
На сей раз отозвалась коллега.
Не психоаналитик, но коллега — детский психолог.
У нее есть дети, которые скоро войдут в подростковый период.
И вот тут случилось самое интересное.
Именно она задала вопросы, которые мог задать только профессионал.
Будучи родителем, она говорила с позиции знания, навыка, умения формулировать.
Ее вопросы прозвучали одновременно профессионально и по-родительски:
- «Как родителю принять застенчивого ребенка?»
- «Как родитель может помочь такому ребенку?»
Казалось бы — вопросы абсолютно очевидные и здоровые.
Они сообщают о том, что родитель включен в процессы, осознаёт реальность и готов в ней участвовать.
Но вот что интересно: она — психолог.
А вот другие отозвавшиеся (или не отозвавшиеся) ничего не сказали ни о принятии, ни о возможности помощи.
Тонкая грань: между «Сделать» и «Быть»
Между криком души «Я сейчас помогу, очень хочу помочь! Объясните мне, как помочь конкретно!» и определением Возможности (принятия и помощи) — есть тонкая и очень важная грань.
- Первая позиция («Сделать») — это позиция тревоги.
Когда родитель спрашивает «Как исправить?», он часто имеет в виду: «Мне невыносима эта тревога, которую я чувствую рядом с ребенком. Дайте мне инструмент, чтобы убрать симптом, чтобы мне стало спокойно».
Это действие против (родительской!) тревоги.
Это попытка контролировать неконтролируемое.
В этой позиции ребенок — объект воздействия.
- Вторая позиция («Быть» / Принятие) — это позиция желания и признания границ.
Когда коллега спросила «Как принять?», она признала: ребенок может быть другим.
Он может быть застенчивым.
- И задача родителя не в том, чтобы изменить его под стандарт, а в том, чтобы найти способ быть с ним в контакте, несмотря на его особенность.
- Это требует способности выдерживать неопределенность.
- Это требует символизации (по Лакану) — способности перевести страх в вопрос, а не в действие.
Молчание остальных родителей в моем опросе тоже было ответом.
Возможно, тревога была слишком высока, чтобы сформулировать вопрос.
Возможно, защита сработала быстрее: «Лучше не думать об этом, вдруг действительно что-то не так?».
Самоанализ автора: моя собственная «нетерпячка»
Моя «нетерпячка», мое желание быстрее отправить книгу в печать после суток тишины — это ведь тоже было проявлением тревоги.
Мне хотелось контроля над ситуацией.
Мне хотелось закрыть тему.
Молчание родителей в опросе задело мою нарциссическую часть.
Второе предисловие, где я анализировала их молчание, было честным.
Но теперь, глядя на вопросы коллеги, я вижу, что книга — это живой организм.
Она не закончилась в момент верстки.
Она продолжается в диалоге с читателем.
Вопросы коллеги показали мне, что готовность спрашивать о принятии — это уже половина решения.
Если родитель способен задать вопрос «Как принять?», значит, в нем есть место для Другого.
Для ребенка, который может быть не таким, как хочется.
Молчание других — это не игнорирование.
Это защита.
И моя задача как автора — не обижаться на эту защиту, а создавать в книге такое пространство, где она станет менее нужной.
Эта история — о том, что путь к ребенку лежит через честность.
В том числе через честность автора со своими реакциями.
Книга вышла в свет.
Но диалог только начинается.
И если вы, читая это, чувствуете отклик на вопросы коллеги — значит, вы уже на пути к принятию.
А это главное.
Эта статья является частью цикла в поддержку книги: Елена Нечаева, «Застенчивый подросток: задача для родителя» - купить ее можно здесь
В цикле статей мы прошли путь от диагностики до понимания глубинных процессов и ожиданий от терапии.
Помните: ключ к изменениям находится не в руках ребенка, не в руках школы, не в руках волшебного специалиста. В ваших. Начните с себя. Это самый короткий путь к вашему ребенку.
МОЯ ПРОФЕССИОНАЛЬНАЯ ПОЗИЦИЯ
Хочу пояснить мою профессиональную позицию.
Я принадлежу к той части психоаналитиков, которые уверены: у детей/ подростков нет проблем, проблемы есть у их родителей.
По психоаналитической традиции — мы работаем с тем, кто первым пришел в кабинет.
Например, каждый (грамотный) детский психолог, выслушав жалобы родителя на ребенка, обязательно предложит личные консультации именно самому родителю.
Почему так?
Потому что дети/ подростки не находятся в вакууме.
Они являются частью семейной системы, где главными являются взрослые.
Изменения невозможны только в части системы в форме ребенка/ подростка.
За качество функционирования системы отвечает только взрослый.
Потому и начинать изменения следует со взрослого/ с родителя.
С моим предложением о работе с парой «Родитель + Подросток» можно познакомиться здесь
Эта статья является частью цикла в поддержку книги: Елена Нечаева, «Застенчивый подросток: задача для родителя».
ЧТО ЕЩЕ ПОСМОТРЕТЬ
1. Консультации для подростков и их родителей - ЗДЕСЬ
2. Все статьи "Родителям - о детях" (бесплатно) - ЗДЕСЬ
3. Приобрести книгу «Застенчивый подросток: задача для родителя» - ЗДЕСЬ
Приглашаю на индивидуальные консультации и интервизии!
Об авторе
Елена Нечаева родилась, живет и работает в Екатеринбурге. Автор книг по психологии и психоанализу, автор картин в жанре уральского андерграунда и музыкальных клипов. Ведет психолого-психоаналитическую практику с 2007-го года — в Екатеринбурге и онлайн.
